Страницы меню навигации

«БИП-Институт правоведения»

Частное учреждение образования

Сестра милосердия Римма Иванова. 120 лет со дня рождения

Под адский шум и визг носилась смерть над боем,
Ища все новых жертв; рекой струилась кровь,
Стон, крики и «ура» сплошным сливались воем.
И только по полю святая шла Любовь.
Шла женщина без страха и сомненья,
Склоняясь к страждущим, и нежною рукой
Спешила облегчить великие мученья
Иль лаской проводить страдальца на покой…

Эти строки, принадлежащие одному из офицеров 105-го Оренбургского пехотного полка, посвящены сестре милосердия ставропольчанке Римме Ивановой, явившей пример беззаветного служения родине в годы Первой мировой войны.

Сестра милосердия Римма Иванова

Сестра милосердия Римма Иванова

27 июня исполнилось 120 лет со дня ее рождения. И хочется еще раз вспомнить о короткой, но столь яркой жизни. Кстати, недавно была учреждена награда Ставропольской и Владикавказской епархии, общественного благотворительного фонда «Мир и здоровье» и Союза деловых женщин Ставрополья — премия имени георгиевского кавалера сестры милосердия Риммы Ивановой «За жертвенность и милосердие».
Римма родилась в семье ставропольского чиновника Михаила Павловича Иванова и его супруги Елены Николаевны, урожденной Данишевской. Семья была очень трудолюбивая, заслуженно уважаемая в городе. В Государственном архиве Ставропольского края сохранился формулярный список казначея Ставропольской духовной консистории коллежского асессора М. П. Иванова, в котором говорится, что «за отлично-усердную службу и особые труды» он награжден орденом Св. Станислава 3-й степени и серебряной медалью в память царствования Александра III.
С детства Римма была дружна со старшим братом Владимиром, который рано научил ее читать. Играя с детьми, девочка часто изображала воина, а на вопрос, кем ты будешь, отвечала: «Солдатом!». А Владимир мечтал стать доктором. Так и случилось: во время войны Римма оказалась на передовых позициях в простой солдатской шинели, а ее брат, студент-медик Харьковского университета — полковым врачом.
Поступив в 1902 году в Ольгинскую женскую гимназию, Римма училась легко, знания давались ей без особого труда. Живая, веселая, бойкая, общительная, она была всеобщей любимицей. Смелость и самоотверженность уже тогда были заметны в ее характере. Подруги вспоминали о таком случае последних дней ее пребывания в гимназии. Учащаяся молодежь гуляла близ пруда в Архиерейском лесу (ныне на этом месте Комсомольское озеро). Вдруг один юноша неловко соскользнул с мостков, упал в воду и начал тонуть. Пруд был довольно глубокий. И именно Римма, не задумываясь, немедленно бросилась в воду — в платье и обуви — и спасла утопающего.

На фасаде здания бывшей Ольгинской гимназии (ныне школа-интернат для глухих детей) открыта памятная мемориальная доска.

На фасаде здания бывшей Ольгинской гимназии
(ныне школа-интернат для глухих детей) открыта памятная мемориальная доска.

В 1913 году, окончив гимназию, девушка собиралась поступить на высшие экономические курсы в столице. Но родители уговаривают свою «милую Риммочку» отложить поездку на год: очень уж она у них маленькая да хрупкая. Они отправляют ее погостить в Подольскую губернию к родному брату Елены Николаевны — полковнику 76-го Кубанского пехотного полка Н. Данишевскому. Пробыв у любимого дяди около двух месяцев, Римма возвращается домой.

Учительница в земской школе

Учительница в земской школе

Пустое времяпрепровождение не в ее характере, и она, получив должность учительницы одного из земских училищ, отправляется в село Петровское Благодарненского района. Только что открытое, училище не имело даже своего помещения. Но, преодолевая трудности, молодая учительница добилась отличных результатов на педагогическом поприще, как отмечал позже на траурном митинге председатель Благодарненской земской управы Г. Мальцевский.
После окончания учебного года Римма вновь задается целью продолжить образование, но все планы нарушены началом войны с Германией. Губернское земство приступило к оборудованию госпиталей. Для подготовки медсестер открываются кратковременные курсы, на которые Римма сразу же записалась. В крайгосархиве сохранилось постановление Ставропольской губернской земской управы от 7 сентября 1914 года, из которого узнаем, что Р. Иванова направлена сестрой милосердия в госпиталь № 2 вместе с девушками известных на Ставрополье в то время фамилий: М. Алафузовой, С. Мачканиной, Е. Рудневой, М. Берк… Среди них называется и дочь тогдашнего губернатора Б. Янушевича — Елена Мовилло, которая также отправится сестрой милосердия на фронт в составе санитарного отряда (созданного на средства ставропольских туркмен) и будет награждена солдатским Георгиевским крестом 4-й степени. Все это говорит о патриотическом настрое, царившем в те времена.
Потоком шли в госпитали Ставрополя раненые. Был забит до отказа и госпиталь № 2. Работать приходилось днем и ночью. Но Римме, кажется, этого мало. Впечатлительная пылкая девушка под влиянием рассказов прибывших с фронта рвется в действующую армию, чтобы там, на полях сражений, прийти на помощь русским воинам. Несмотря на протесты родителей, 17 января 1915 года Римма добровольно отправилась на Западный фронт, в 83-й Самурский пехотный полк, который до войны дислоцировался в Ставрополе. Она наотрез отказалась остаться при полковом лазарете. Под именем санитара Ивана Михайловича Иванова девушка отбыла на передовые позиции. Только впоследствии этот юный доброволец, став сестрой милосердия, обрел свое настоящее имя — Риммы Михайловны Ивановой.
Отважная девушка, находясь на поле боя, бросалась туда, где ее ждали раненые. «Ее помощь там, где льется кровь, была так нужна», — говорили сослуживцы. А домой она с гордостью писала: «На меня не смотрят здесь как на женщину, а видят сестру милосердия, заслуживающую большого уважения».
Родители в письмах все настойчивей просили ее передохнуть от ужасов войны. Пробыв полгода в полку, Римма, наконец, берет отпуск и 9 июля приезжает в Ставрополь. К этому времени она уже имела два «солдатских Георгия» — 3-й и 4-й степени. А дороже всех наград была братская нежная любовь благодарных солдат и офицеров.
В родной дом девушка вернулась уже не той веселой и беззаботной «Риммочкой», какой отправилась на войну. Мать с отцом надеялись, что после пережитого дочь останется дома. Римма же мыслями была с теми, кто писал ей: «Вы своей самоотверженностью и ласкою вселяете веру в тяжело раненных…». Читая такие письма, она не могла оставаться равнодушной. 19 августа 1915 года Р. Иванова снова отправилась на фронт. По пути к месту службы заехала к брату, состоявшему врачом в 105-м Оренбургском пехотном полку. Владимир уговорил сестру остаться с ним, хотя она, как и на прежнем месте службы, не желала находиться в тылу: пошла фельдшером в 10-ю роту.
Девятого сентября на их участке начались ожесточенные атаки неприятеля. Девушка не успевала перевязывать раны. Враг почти вплотную подошел к русским окопам. Некоторые из солдат в панике стали выскакивать из траншей, чтобы спастись в тылу. Римма не допускала мысли, что рота может отступить и бросить раненых. Но командовать уже было некому — все офицеры убиты или тяжело ранены. Девушка не колебалась. Выскочив из окопа, с криком «Солдаты, за мной!» бросилась вперед. За сестричкой ринулись все способные держать оружие. Тут уже поднялись и другие подразделения, отбросив противника, ворвались во вражеские окопы. Но радость успешной контратаки была омрачена: смертельно раненная, Римма умерла на руках у солдат.
По инициативе личного состава полка на имя императора направляется ходатайство о награждении сестры милосердия Р. Ивановой орденом Св. Георгия 4-й степени. Царь оказался в затруднительном положении: это был сугубо военный орден, которым награждались только офицеры, причем имевшие уже немалый чин. До этого им не награждалась ни одна женщина. Правда, такую награду имела знаменитая «кавалерист-девица» Н. А. Дурова. Но она была удостоена ордена как мужчина, скрываясь под именем корнета Александрова…После долгих раздумий император подписал именной указ о награждении.

Ныне действующий храм, где отпевали Римму Иванову сразу после гибели с. Доброславка Пинского района Брестской области

Ныне действующий храм, где отпевали Римму Иванову сразу после гибели с. Доброславка Пинского района Брестской области

По просьбе родителей и общественности города гроб с телом Р. Ивановой был доставлен в Ставрополь по железной дороге. Сопровождал его брат Владимир. 25 сентября 1915 года на улицы Ставрополя вышло почти все население. Не было в городе человека, который не помянул бы имени героини. Римму похоронили со всеми военными почестями.

В сохранившейся метрической книге Казанского кафедрального собора читаем запись:

«Девица сестра милосердия 105-го Оренбургского пехотного полка Римма Михайловна Иванова, 21 г. 4 мес. Убита в бою под деревней Мокрой Дубровой 9 сентября 1915 года. Церковное чинопоследование отпевания совершил священник 105-го Оренбургского пехотного полка в селе Доброславки Гродненской губернии. Предание же земле на кладбище Андреевской церкви г. Ставрополя совершено ставропольским епархиальным миссионером протоиереем проповедником Симеоном Никольским…».

В советские времена имя национальной героини было почти забыто. Место ее захоронения сровняли с землей, когда кладбище на территории Андреевской церкви было уничтожено. Отрадно, что в настоящее время память о Римме Ивановой возрождена. В ограде храма Андрея Первозванного установлено скромное надгробие на предполагаемом месте ее захоронения. На здании бывшей Ольгинской гимназии (ныне школа-интернат для глухонемых детей) появилась мемориальная доска. Ведь не в каждом городе жила женщина — кавалер офицерского ордена Св. Георгия. Не на таких ли примерах самоотверженного служения Отечеству следует воспитывать молодое поколение?

Надгробие на предполагаемом месте захоронения Риммы Ивановой в ограде храма Андрея Первозванного в Ставрополе.

Надгробие на предполагаемом месте захоронения Риммы Ивановой в ограде храма Андрея Первозванного в Ставрополе.

Подбирая портрет Риммы Ивановой для публикации, обратила внимание на необычную фотографию. Она попала (на снимке) ко мне от краеведа А. Чернова-Казинского. Ему, в свою очередь, портрет достался от морского офицера А. Бурмистрова, которому подарен родственником семьи Ивановых В. Огаревым (последнего уже нет в живых). Надпись начальницы Ольгинской гимназии А. Яковлевой удостоверяет, что на фотографии изображена ее бывшая воспитанница Римма Иванова, подкрепляет текст гербовая печать гимназии. Откуда этот снимок с обгоревшими, истлевшими или оборванными краями? Может, он побывал на поле боя и найден у кого-то из сослуживцев Риммы? Может, хранил его молодой офицер в память о своей любви к чудесной девушке?… Судьба которой, мне кажется, вполне достойна стать основой для хорошего художественного фильма: не очередного боевика, а патриотичной и одновременно романтической драмы о юности и подвиге.

Источник: «Ставропольская правда»

Другие молодежные программы и проеты